Вера Георгия Жукова

Наша газета уже писала не раз о том, что в советское время, во время официального безбожия и атеизма — вера в Бога все же давала свои ростки. И не просто давала ростки, она прорастала плодоносящим деревом зачастую там, где этого никто не ожидал. Вот и во время Великой Отечественной войны по всей стране вдруг начинают открываться храмы, духовные семинарии и монастыри.

И главный маршал Великой Победы оказался истинно верующим человеком. Имя ему — Георгий Жуков

Наречен в честь Победоносца

Это утверждение кажется неожиданным только на первый взгляд. В книге дочери полководца Марии «Маршал Жуков — мой отец» шаг за шагом раскрывается православная основа великого воина. Другой и не мог бы выстоять и победить в самой страшной в истории войне.

Георгий Жуков родился в 1896 году в деревне Стрелковка Калужской губернии в семье крестьян Константина Артемьевича и Устиньи Артемьевны. Константин Артемьевич был подкидышем, его обнаружили трехмесячным на пороге воспитательного дома в Москве. Сейчас в этом доме находится… Академия ракетных войск стратегического назначения. Примечательно, что Георгий Жуков стоял у истоков этого вида Вооруженных сил.

Бездетная вдова Анна Жукова взяла двухлетнего Константина на воспитание. В 1892 году в возрасте 41 года он обвенчался с 26летней Устиньей. У обоих это был второй брак по причине вдовства. Венчал их священник Василий Всесвятский. Он же крестил младенца Георгия. Наречен был будущий маршал в честь святого великомученика Георгия Победоносца, римского полководца, мужественного воина.

Кто-то говорит, что все это — просто совпадение. Мало ли кого могли назвать Георгием. Может быть, может быть… Однако небесный покровитель сопутствовал Георгию Жукову всю жизнь. Достаточно сказать, что Пасха победного 1945 года пришлась на 6 мая, праздник великомученика Георгия Победоносца…

Георгий Жуков впитал православную веру в тысяче мелких, порой незаметных подробностей жизни дореволюционной России. Не нашлось бы тогда в стране крестьянской семьи, где принимались бы за работу, садились за стол, ложились спать или поднимались утром, не помолившись Богу. С этого же начиналась и учеба. В церковноприходской школе обязательно преподавали Закон Божий в доступной детям форме. Дочь маршала приводит несколько примеров из букваря церковноприходской школы. «Дела милости внешние: «Алчущего напитати. Жаждущего напоити. Нагаго одеяти…». Дела милости духовные: «Нести неправды с терпением. Обиды повинным прощати». Или: «Помни всегда, что ты для того в свет родился, чтобы всем, сколько возможно, во всяком случае делать добро. Будь трудолюбив и убегай праздности. Никогда не лги, а говори только правду, ибо всякая ложь и обман есть вреднейший из всех пороков. Если солжешь однажды, то и впредь не будут тебе верить. Ежели будешь человеколюбив, то будешь и сам от других любим».

Так ребенок с ранних пор учился отличать добро от зла, учился милосердию, трудолюбию. И, конечно, дети не представляли себе жизнь без Бога. Вот как пишет в своей книге маршал Жуков о том, как его в детские годы провожали на жизнь в Москве: «Помолившись, присели по старинному русскому обычаю на лавку. «Ну, сынок, с Богом!» — сказала мать, и, не выдержав, горько заплакала, прижав меня к себе».

Сила Всемогущая и Разум Премудрейший всегда помогали Жукову

Дядя Георгия Жукова, Михаил Артемьевич Пилихин, у которого в Москве он учился скорняцкому ремеслу и жил, был дружен с Николаем Головановым, руководителем Синодального хора. Хор пел на службах в Успенском соборе Кремля и в Храме Христа Спасителя. Маршал вспоминал: «В Успенский собор ходили с удовольствием слушать великолепный Синодальный хор». Слушал юный Жуков и знаменитого протодиакона Константина Розова. Впечатление было настолько сильным, что маршал в конце жизни вспоминал: «Голос у него был как иерихонская труба». Многие современники называли Розова «вторым Шаляпиным».

Интересно, что пути полководца и знаменитого протодиакона пересеклись пусть в разное время, но в одном православном храме. В храме русской славы в Лейпциге в 1945 году Георгий Жуков возжег лампаду. А в 1913 году протодиакон принял участие в освящении этого храма-памятника, сооруженного в Лейпциге в память о русских воинах, погибших в битве народов в октябре 1813 года.

Как замечает Мария Жукова, «многие детские воспоминания помогли отцу почувствовать, постичь душу России. И не просто постичь, но и полюбить сыновней любовью и слить свою душу с этой вечной Россией».

Священномученик Иоанн Восторгов говорил о подобных людях: «Таких людей ни нанять, ни купить невозможно! Для этого нужна воспитанная на почве народности, освященная религией любовь к Родине».

В 1915 году, когда шла война и в Москве на каждом шагу встречались вернувшиеся с фронта калеки, дядя предложил Георгию устроить отсрочку от призыва или вообще освободить от воинской службы «вчистую». И хотя Жуков не испытывал особого энтузиазма идти на войну (он как раз намеревался жениться), юноша ответил, что обязан защищать Родину. Священник Иоанн Восторгов сказал о Суворове: «Долг и повиновение перестают быть неразрешенною загадкою и вырастают в огромную нравственную силу, когда они проникнуты любовью и осмыслены религией».

Диплом городского училища давал Жукову право поступить в школу прапорщиков, но он посчитал это неудобным. «Вот я, 19-летний мальчишка, кончу школу прапорщиков и пойду командовать взводом и начальствовать над бывалыми солдатами, над бородачами». Он скрыл образование, пошел на фронт рядовым и познал все тяготы солдатской службы.

Скоро он стал героем, получил два Георгиевских креста. Одним Жуков был награжден за захват в плен немецкого офицера, другим — за храбрость в разведке, во время которой получил тяжелую контузию.
Нет сомнений в том, что в те годы Георгий Жуков верил в Бога. А сохранилась ли эта вера тогда, когда наступили безбожные времена и за веру людей отправляли в тюрьмы, а нередко и на расстрел? Вот что пишет об этом архимандрит Кирилл, духовник Троице-Сергиевой лавры. «О Георгии Константиновиче я слышал от настоятеля храма Новодевичьего монастыря, что на Большой Пироговке, протоиерея отца Николая Никольского. Маршал Жуков приходил в их храм (рядом похоронена умершая в 1944 году его мать Устинья Артемьевна). И однажды он дал о. Николаю деньги на поминовение, а отец Николай спросил его: «А кого поминать?». Георгий Константинович сказал: «Всех усопших воинов»…

А вот другое свидетельство о верующей душе Жукова протоирея отца Анатолия. Он служил в соборе Ижевска. Отец Анатолий — пожилой протоиерей, ему уже тогда было около 80 лет. Он к нам приезжал в лавру, обедал с братиею, и однажды при разговоре он поведал, что во времена войны был в звании генерал-майора, а когда война закончилась, он ушел в отставку, а затем принял сан…

Во время войны, говорил о. Анатолий, я как генерал встречался с маршалом Жуковым, беседовал с ним и однажды спросил, верует ли он в Бога. Жуков мне ответил: «Я верую в Силу Всемогущественную, в Разум Премудрейший, сотворивший такую красоту и гармонию природы, и преклоняюсь перед этим». А отец Анатолий и говорит Жукову. «А вот это то, что Вы признаете, и есть Бог».

То, что в душе своей Георгий Константинович чувствовал Бога, это бесспорно. Другое дело, что он, может быть, не мог это свое чувство выразить словами, потому что вера в Бога в то время была в поношении, в загоне, и ему как высокопоставленному начальнику надо было соблюдать осторожность, так как кругом торжествовали атеизм и безбожие. Когда читаешь его мемуары и статьи, становится ясно, что душа его христианская… Печать избранничества Божия на нем чувствуется во всей его жизни…

— Ты победишь!

Дочь маршала Мария Жукова вспоминает, как отец семилетней девочкой повез ее в Троице-Сергиеву лавру. Был большой церковный праздник. На нем девочка впервые узнала о том, как Дмитрий Донской сражался на Куликовом поле, а преподобный Сергий Радонежский благословил его, сказав: «Ты победишь». Много лет Мария Жукова задумывалась над тем, кто же был тем «Сергием», шепнувшим отцу в страшные дни 1941 года: «Ты победишь».

Сегодня трудно себе представить, чего стоила Жукову такая уверенность. Фашисты в бинокли видели Кремлевские башни. Правительство и дипломатический корпус эвакуированы из Москвы в Куйбышев. В прежние времена Москву порой сдавали врагу. В ней были в разное время монголо-татары, поляки, Наполеон. Жукова срочно отзывают с Ленинградского фронта, где он за 27 дней сумел организовать неприступную оборону, и дают… два (!) дня на то, чтобы остановить наступление фашистов на столицу. В противном случае В. Молотов как заместитель председателя Государственного комитета обороны грозит расстрелом. И Жуков сообщает с переднего края Сталину: «Москву, безусловно, удержим».

Кто же был тем «Сергием», благословившим Жукова? Оказалось, был такой человек. Последний оптинский старец Нектарий.

Преподобный Нектарий Оптинский (в миру Николай Васильевич Тихонов) — ученик преподобного Амвросия Оптинского и иеромонаха Анатолия (Зерцалова). Родился в 1853 году в Орловской губернии. В 1876 году пришел в Оптину пустынь и поступил в Иоанно-Предтеченский скит. Почти полвека прожил в его ограде. В 1898 году рукоположен в иеромонахи. Четверть века он провел в затворе, проходил «умное делание» и занимался самообразованием, читал не только духовные, но и светские книги по самым разным отраслям. Старчествовал в 1913 — 1923 годах. Скончался в 1928 году в селе Холмиши Брянской губернии. Прославлен на юбилейном Архиерейском соборе 2000 года в лике святых.

Старец, имевший дар прозорливости, открывал людям волю Бога. Именно он увидел особый Промысел Божий над молодым еще Георгием Жуковым. Было это примерно в 1925 году. В 1923 году Оптина пустынь была закрыта. Отец Нектарий переехал в село Холмиши в 50 верстах от Козельска. Жил он в доме крестьянина Андрея Денежкина. Несмотря на слежку, до самой смерти старца посещали люди. Известно, что Святейший Патриарх Тихон многие вопросы решал, советуясь с ним.

О том, как приезжал к старцу Жуков, тогда еще командир полка, рассказала дочь хозяина дома Екатерина Денежкина. Встреча была не одна, по некоторым свидетельствам будущий маршал приезжал к старцу несколько раз, оставался даже ночевать. Нектарий, видя духовным зрением пути Господни, открыл Георгию Жукову путь его подвига, его служения Богу, Родине и людям. И не просто открыл, а благословил, предсказав страшную войну и то, что везде ему будет сопутствовать победа: «Ты будешь сильным полководцем. Учись. Твоя учеба даром не пройдет».

«Провел ли отца Промысел Божий через скорби, испытал ли его, сохранил ли? — спрашивает Мария Жукова. И отвечает. — Бесспорно, это видно по всей его жизни. Еще мальчишкой он мог замерзнуть в сугробе, когда шел после уроков из деревни Величково, где находилась церковноприходская школа, в деревню Стрелковку, что была в полутора километрах, за лесом. Случилась сильная метель, и Егорку, который сбился с дороги и сел под ель, занесло снегом. Закоченевшего и спящего ребенка вовремя нашел отец, вышедший на поиски с собакой.

Сергей Петрович Марков, служивший в охране Жукова, рассказывал: «В течение всей войны за маршалом шла настоящая охота. Фашисты ненавидели победоносного полководца и много отдали бы за его голову. Однажды им удалось узнать местонахождение его спецпоезда, и спустя буквально несколько минут после его отбытия самолеты противника разбомбили место, где он стоял. После войны один журналист спросил Георгия Константиновича, рисковал ли он жизнью во время войны. Маршал ответил, что он рисковал жизнью одинаково со всеми, не особенно задумываясь о своей персоне».

Перекреститься перед Парадом Победы

Когда маршала Василевского спросили, чем выделялся Жуков во время войны среди других маршалов, он ответил: «Суворовским озарением». «По-своему могу объяснить эти слова, — пишет Мария Жукова. — Разум Жукова озарялся Богом для принятия правильного решения, так же как у Суворова. Озарение свыше даровано было Суворову по его твердой, живой вере. В этом источник его блистательных побед. Иными словами, озарение — это помощь Божия».

Понятно, что помощь Божия не приходит к тому, кто сам не прилагает никаких усилий. Святые отцы утверждают, что она равна тем духовным усилиям, которые совершает человек. Не случайно преподобный Иоанн Лествичник говорит, что помощь Божия подается только верным.

Чем кроме помощи Божией можно объяснить тот факт, что Георгий Жуков во время подготовки контрнаступления под Москвой не спал 11 (!!!) суток подряд. Даже самому сильному человеческому организму подобное не по силам. А Жуков все это время был свеж и бодр.

«Душа его была христианская», — пишет Мария Жукова. И напоминает, что непобедимый генералиссимус Суворов был истинным христианином. Он был так предан Богу, что собирался окончить свой путь в монастыре, о чем подавал прошение императору. Ныне причисленный к лику святых адмирал Федор Ушаков (его воины палили по врагу из орудий так: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа! Огонь!») отличался целомудрием, милосердием и чистотою жизни.

Кстати, стоит отметить, что другой, вышеупомянутый Маршал Советского Союза Александр Михайлович Василевский был сыном священника Михаила Александровича Василевского. Будущий маршал начал обучение в церковноприходской школе. В 1909 году окончил кинешемское духовное училище и поступил в костромскую духовную семинарию, диплом об окончании которой позволял продолжить образование в светском учебном заведении. Когда вера уже была в поношении,

А. Василевский тайком приезжал в Троице-Сергиеву лавру и причащался Святых Христовых Тайн. Иисус Христос неведомо обитал в сердцах полководцев и помогал им одерживать победы.

Но вернемся к Георгию Жукову. Верил ли он в Бога? А разве мог неверующий сказать своей 17летней дочери: «Я скоро умру, ты останешься сиротой, но с того света я буду наблюдать за тобой и в трудную минуту приду». Что это как не вера в вечную жизнь души и в невидимую связь нашего мира с миром загробным? И не только в связь, но и в помощь ушедших нам, живым. Разве стал бы неверующий человек перед тем, как выехать из Спасских ворот Кремля, принимать Парад Победы, незаметно для других осенять себя крестным знамением?

В народе сохранилось предание о том, что Жуков возил по фронтам Казанскую икону Божией Матери. Несколько лет назад это подтвердил архимандрит Иоанн (Крестьянкин). После освобождения от фашистов Киева, где и была тысячу лет назад крещена Русь, Жуков велел духовенству отслужить Господу благодарственный молебен. В столице Украины и поныне хранится чудотворная Гербовецкая икона Божией Матери, которую маршал Жуков отбил у фашистов.

Очень интересна история с церковными колоколами из белорусского села Омеленец. В годы войны фашисты сняли с местной церкви колокола и отправили на переплавку в Германию. Во время освобождения Белоруссии местный священник

Е. Мисиюк стал инициатором сбора посылок для бойцов, за что получил благодарственное письмо от Жукова. В ответном письме о. Евгений поздравил маршала с уже наступившей Победой и пожаловался, что все колокола увезены оккупантами.

Письмо дошло до адресата, и маршал, несмотря на занятость, поручил найти колокола. В районе Познани удалось обнаружить колокола, которые фашисты не успели переплавить. Это были не омелецкие колокола, но все равно отлитые русскими мастерами. Вскоре в деревню от маршала пришла посылка… весом в тонну — три колокола. Колокола повесили с помощью прихожан и солдат соседней части. Но тут возникла новая неувязка: местное начальство не разрешало колокольный звон. Тогда о. Евгений с прихожанами написали письмо в столицу: дескать, как же так — колокола подарил сам Жуков, а звонить в них не разрешают! Начальству ничего не оставалось, как дать добро. И по сей день над окрестностями раздается умиротворяющий «жуковский» звон.

Тяжело было верующему в змеином гнезде

Жуков не мог не осознавать святость победы в Великой Отечественной войне. До революции он ходил на службы в Храм Христа Спасителя и знал, что он построен в знак благодарности России Иисусу Христу за победу в Отечественной войне 1812 года. Мраморные доски с фамилиями всех георгиевских кавалеров тоже говорили о святости их подвига. Победа в Великой Отечественной войне в 1945 году была таким же торжеством Православия над богоборцами, как и победа в войне 1812 года. Вот только храма, достойного Великой Победы, в России так до сих пор и не освящено…

Как известно, сразу после войны маршал Победы испытал опалу сначала Сталина, затем — Хрущева. Архимандрит Кирилл говорил, что Жукова уничтожали враждебные Православию люди, «чувствуя, какого он великого духа». «Да, по сердцу своему он был истинный христианин. Как тяжело было ему в змеином гнезде», — говорил о. Кирилл.

Временами такое противостояние прорывалось. Будучи после войны командующим Уральским военным округом, Жуков вместе с детьми посетил печально знаменитый дом Ипатьева в Свердловске. Тот дом, где большевики в 1918 году расстреляли императора-страстотерпца Николая II со всей семьей и близкими. О том, что творилось во время этого посещения в душе великого маршала, можно судить по позднейшему эпизоду. На каком-то торжественном собрании к Жукову протиснулся подвыпивший старый большевик Ермаков. Представляясь, объявил, что он тот самый, который участвовал в расстреле царской семьи, и протянул руку для пожатия.

— Палачам руки не подают! — твердо ответил маршал.

Редактор воспоминаний Жукова А. Миркина рассказывает, как однажды приехала к нему на дачу в Сосновку. «Была ранняя Пасха. За окном сверкал ослепительный белый снег. Открываю дверь в столовую — вся комната «озарена янтарным блеском» и божественные звуки музыки раздаются в тишине. Георгий Константинович с просветленным лицом, весь уйдя в себя, слушает передаваемую из НьюЙорка (скорее всего, по «Голосу Америки») «Всенощную» Рахманинова».

Георгий Жуков умер в 1974 году. Его похоронили в Кремлевской стене, хотя родные были против кремации. В 100летие со дня его рождения, 2 декабря 1996 года, здесь впервые за все годы существования кремлевского погоста отслужили панихиду. «Да воскреснет Бог и расточатся враги Его! Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ…» — звучало на Красной площади. А к 25-й годовщине со дня кончины маршала в главном храме России — Храме Христа Спасателя — Патриарх Московский и всея Руси Алексий II отслужил первую в этом храме панихиду. Панихиду по «приснопамятному воину Георгию».

На поминовении в день 100-летия маршала игумен Тихон (Шевкунов), ныне архимандрит, сказал: «Георгий Константинович Жуков поистине великий человек, без которого судьба нашей страны и судьба каждого из нас была бы другой. Его можно назвать последним истинным русским генералом. Потом были люди в военной форме, были, конечно, и генералы, но этот — последний, который делал то, что ждали от него Бог, народ и его совесть».

Постфактум

Теперь приведем отрывок из публикации протоиерея Василия Швеца «Чудеса от Казанской Иконы Божией Матери»:

«Когда началась Великая Отечественная война, Патриарх Антиохийский Александр III обратился с посланием к христианам всего мира о молитвенной материальной помощи России. Очень немного истинных друзей оставалось у нашей страны тогда. Были великие молитвенники и на Руси, такие как иеросхимонах Серафим Вырицкий. Тысячу дней и ночей стоял он на молитве о спасении страны и народа России в тяжелейшие годы, когда страну терзали враги, как и в 1612 году. Промыслом Божиим для изъявления воли Божией и определения судьбы страны и народа России был избран друг и молитвенник за нее из братской Церкви — митрополит гор Ливанских Илия (Антиохийский Патриархат).

Он знал, что значит Россия для мира; знал, и поэтому всегда молился о спасении страны Российской, о просветлении народа. После обращения Александра III митрополит Илия стал еще горячее всем сердцем молиться за спасение России от погибели, от нашествия вражеского. Он решил затвориться и просить Божию Матерь открыть, чем можно помочь России. Он спустился в каменное подземелье, куда не доносился ни один звук с земли, где не было ничего, кроме иконы Божией Матери. Владыка затворился там, не вкушая пищи, не пил, не спал, а только, стоя на коленях, молился перед иконой Божией Матери с лампадой. Каждое утро владыке приносили сводки с фронта о числе убитых и о том, куда дошел враг. Через трое суток бдения ему явилась в огненном столпе Сама Божия Матерь и объявила, что избран он, истинный молитвенник и друг России, для того, чтобы передать определение Божие для страны и народа российского. Если все, что определено, не будет выполнено, Россия погибнет.

«Должны быть открыты во всей стране храмы, монастыри, духовные академии и семинарии. Священники должны быть возвращены с фронтов и из тюрем, должны начать служить. Сейчас готовятся к сдаче Ленинграда — сдавать нельзя. Пусть вынесут, — сказала Она, — чудотворную икону Казанской Божией Матери и обнесут ее крестным ходом вокруг города, тогда ни один враг не ступит на святую его землю. Это избранный город. Перед Казанскою иконою нужно совершить молебен в Москве; затем она должна быть в Сталинграде, сдавать который врагу нельзя. Казанская икона должна идти с войсками до границ России. Когда война окончится, митрополит Илия должен приехать в Россию и рассказать о том, как она была спасена». Владыка связался с представителями Русской Церкви, с советским правительством и передал им все, что было определено. И теперь хранятся в архивах письма и телеграммы, переданные митрополитом Илией в Москву.

Сталин вызвал к себе митрополита Ленинградского Алексия (Симанского), местоблюстителя патриаршего престола митрополита Сергия (Страгородского) и обещал исполнить все, что передал митрополит Илия, ибо не видел больше никакой возможности спасти положение. Все произошло так, как и было предсказано. Не было сил, чтобы удержать врага. Был страшный голод, ежедневно умирали тысячи людей. Из Владимирского собора вынесли Казанскую икону Божией Матери и обошли с ней крестным ходом вокруг Ленинграда — город был спасен. Но многим до сих пор непонятно, чем держался Ленинград, ведь помощи ему практически не было: то, что подвозили, было каплей в море. И тем не менее город выстоял. Снова подтвердились слова, сказанные святителем Митрофаном (Воронежским) Петру I о том, что город святого апостола Петра избран Самой Божией Матерью, и пока Казанская Ее икона в городе и есть молящиеся, враг не может войти в город. Вот почему ленинградцы так почитают Казанскую икону Божией Матери. Она все время от основания города была Заступницей его, да и всей России. Интересно и то, что блокада Ленинграда была прорвана в день празднования святой равноапостольной Нины, просветительницы Грузии. После Ленинграда Казанская икона начала свое шествие по России. Да и Москва была спасена чудом. Разгром немцев под Москвой — это истинное чудо, явленное молитвами и заступничеством Божией Матери. Немцы в панике бежали, гонимые ужасом, по дороге валялась брошенная техника, и никто из немецких и наших генералов не мог понять, как и почему это произошло».

Александр ОКОНИШНИКОВ,
«Честное слово», 05.05.10

Если вам понравилась публикация ее можно сохранить в соцзакладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Li.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Live
  • PDF
  • Print
  • RSS
  • Tumblr

Опубликовано ранее