Священник Сергий Привалов: «Дедовщине нет оправдания»

О проблемах армейской жизни

Сегодня острота проблемы «дедовщины» не вызывает сомнений ни у кого. Средства массовой информации рисуют картины армейской жизни в самых черных красках, родители призывников готовы на все, лишь бы их драгоценное чадо не попало под «роковой молот» службы в армии, а общественные организации, готовые помочь «откосить» официально, плодятся как грибы после дождя. Для того, чтобы разобраться в причинах сложившейся ситуации, найти корни насущной проблемы, а значит, и пути выхода из тупика, мы попросили ответить на наши вопросы заведующего канцелярией Синодального отдела Московского Патриархата по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями, священника Сергия Привалова. За плечами отца Сергия офицерская служба в войсках противоракетной обороны, преподавание в военной Академии ракетных войск стратегического назначения имени Петра Великого, годы подвижнического служения в священном сане. Все это позволяет ему взглянуть на проблему «дедовщины» как с позиции опытного военнослужащего, так и с духовной точки зрения.

— Отец, Сергий, приходилось ли Вам сталкиваться с проявлениями «дедовщины»?

— Я никогда не сталкивался с проявлениями «дедовщины» – теми, которые обычно описываются в средствах массовой информации – даже в период своей офицерской службы в войсках противоракетной обороны. Дело в том, что этот род Вооруженных сил элитный, а количество офицерского состава было пропорционально количеству военнослужащих срочной службы. Поэтому каких-то неправомерных действий в солдатском коллективе практически не было. Солдаты исполняли роль помощников офицерского состава на боевом дежурстве, были заняты высокоинтеллектуальным трудом, а офицеры уважали личный состав.

— Как Вам кажется, каковы причины появления проблемы неуставных отношений?

— Мне бы хотелось глубже рассмотреть эту проблему. На самом деле, сама по себе «дедовщина», как ее воспринимают средства массовой информации, подразумевает только неправильные действия с точки зрения насилия одного человека над другим, но неуставные отношения носят более широкий характер и аспект их рассмотрения мне кажется более важен для детального понимания того, что может происходить в воинском коллективе. В первую очередь, неуставные взаимоотношения — это отношения между военнослужащими, которые не соответствуют требованиям воинских уставов, где четко определена подчиненность одного человека другому — офицерского состава, контрактников и военнослужащих срочной службы своим командирам и начальникам. Сама по себе подчиненность в соответствии с воинским уставом во многом позволяет выполнять боевые задачи без каких бы то ни было неправильных отношений между военнослужащими. Но наряду с требованиями воинских уставов существуют и человеческие взаимоотношения внутри воинского коллектива. Люди, которые составляют воинское подразделение, различаются по своему образовательному уровню, по житейскому опыту, духовному видению и отношению к той или иной конфессии, имеют свои нравственные особенности. Если мы рассматриваем воинский коллектив как коллектив единомышленников, который выполняет одну и ту же задачу по совести и по закону, тогда внутри воинского коллектива должны сложиться отношения братской любви, взаимопомощи, чтобы в лучшем виде выполнить те задачи, которые стоят перед армией.

На самом деле все получается не так радужно, как хотелось бы. В армию приходят люди с мировоззрением, которое не соответствует нормам христианской нравственности и морали: военнослужащие, имеющие приводы в милицию, вовлеченные в орбиту влияния сект, создающие неформальные объединения по национальному признаку и т.д. Такие люди культивируют внутри себя чувства, которые противоречат здравому рассудку. Они хотят не просто жить внутри коллектива, но и создавать вокруг себя обстановку страха, боязни и внутреннего раздражения. Когда такие люди, испытывающие потребность в том, чтобы их боялись, попадают в воинский коллектив, они стараются совершать там те же самые действия, какие совершали на гражданке. Выявить таких инициаторов, объяснить им, что можно, а что нельзя в армейских условиях, не всегда удается, поскольку внутренний мир человека скрыт от наших глаз до тех пор, пока он не совершит какое-то злодеяние.

В воинских коллективах ситуация с неуставными отношениями во многом складывалась из-за разных сроков службы призывников. Те люди, которые прослужили большее количество месяцев, считали возможным возлагать ту или иную работу, ответственность и какие-то служебные обязанности на солдат, которые пришли немного позже, чем первые приступили к службе. Это отношение в корне отличается от православного отношения к человеку. Церковь учит, что сильные должны носить немощи немощных. Тем самым, более сильный должен помогать слабому, более стойкий должен нести на себе большую нагрузку, более грамотный должен помогать тем, кто не обладает в полной мере знаниями и навыками армейской службы. Если бы люди относились друг к другу с таким подходом, тогда жизнь в армейском коллективе была бы похожа на жизнь в семье. Даже если иногда и были бы какие-то огрехи внутри семейного коллектива, в любом случае там царили бы любовь и мир. Как люди, выполняющие одну задачу, они бы находили компромиссы между собой, приводя свою главную миссию в войсках к положительному результату. Как правило, во многих коллективах это удается, но иногда ситуация выходит из-под контроля военного командования, которое по долгу службы должно руководить процессом взаимодействия между подчиненным.

— Каким образом это происходит?

— Во-первых, задачи, которые ставятся перед командирами, достаточно сложны, и человек не всегда хочет проводить в казарменном помещении 24 часа. Кроме того, в армии подразумевается, что приказ командира должен выполняться своевременно и точно. Но выполнен он может быть тогда, когда все проявляют инициативу, старание, выдержку, терпение плюс высокие профессиональные знания и навыки. К сожалению, в армии есть люди, не обладающие всем этим комплексом качеств и навыков, поэтому должна ставиться выполнимая задача и должен осуществляться контроль. На деле получается так, что офицеры перекладывают часть своих функций, полномочий на старослужащих, на тех людей, которые обладают неформальным авторитетом и благодаря которым задачи выполняются в срок и полностью. Но какими средствами, какими усилиями этого добиваются, с какими, может быть даже, издевательствами сталкиваются военнослужащие срочной службы, их особо не волнует.

— То есть проблема заключается в том, что каждый из этого воинского звена возлагает свои обязанности на другого?

— И да и нет. Во-первых, существует проблема в личном составе, который приходит с гражданки. Как правило, он не приспособлен к выполнению тех элементарных задач, которые стоят перед военнослужащими. Люди с ответственным отношением к труду, дисциплинированные, исполнительные, трудолюбивые все меньше встречаются в призывном контингенте. Во-вторых, у командиров достаточно власти и форм воздействия на подчиненного, чтобы задачи выполнялись точно и в срок. Но перекладывание той ответственности, которая лежит на офицерском составе, на плечи военнослужащих-срочников старшего призыва, приводит к тому, что люди злоупотребляют своим авторитетом и положением, используя негативный духовный опыт.

Страшнее всего, когда все это заканчивается издевательствами в прямом смысле этого слова. Когда и задача никакая не выполняется, и люди издеваются друг над другом, чтобы получить удовольствие от самого процесса. Придумываются глупые и несерьезные ритуалы, неправильные для жизни воинского коллектива, которые унижают честь и достоинство человека. Это связано с общей низкой культурой, с историческим наследием — прихода тюремных обычаев в воинские коллективы, но в большей степени — с нетерпимым отношением к духовной жизни. Люди не понимают, в чем смысл жизни, не понимают, что главное в жизни – нравственные корни и нравственное отношение к близкому, как к родному человеку. В заповедях Божиих, в заповедях блаженства и вообще в законе Божием говорится о самом главном – возлюби Бога и возлюби ближнего как самого себя. Если человек не выполняет эту элементарную заповедь, он служит не Богу, а бесам. А бесы всегда находят возможность, чтобы привести человека в жуткое состояние. Печально оттого, что мы видим в некоторых коллективах, которые живут не по закону совести, а по закону стада и надругательства друг над другом.

— Что может сделать Церковь для того, чтобы несколько оздоровить обстановку в армии?

В первую очередь священники могут и уже занимаются профилактикой дедовщины. Профилактика – слово достаточно емкое и подразумевает множество конкретных мероприятий. Во-первых, — это просвещение людей. Необходимо объяснить, что проявление нелюбви к ближнему приносит вред и страдание душе. Священнослужители должны иметь доступ к военнослужащим срочной службы, чтобы проводить встречи, индивидуальные беседы. Должна быть связь с родителями, оперативная связь с командирами подразделений, чтобы реакция на экстренные случаи была адекватной и мгновенной. Но все-таки смысл работы священнослужителя в войсках, его роль в предотвращении суицидальных происшествий и неуставщины, в первую очередь, в том, что священнослужитель видит духовное состояние человека и вовремя может подсказать то, на что другие, как правило, не обращают внимания. Беседа по душам и привлечение человека к Исповеди, к принятию Святых Христовых Таин, чтобы человек изменил свое отношение к миру, к самому себе – является ключевым во всем этом процессе.

— Всегда ли положительно воспринимается деятельность священника в армейских подразделениях?

— Если человек не принимает нравственные нормы христианства, то он уже и не человек в полном смысле этого слова. Да, восприятия может и не быть, но настойчивое объяснение всему коллективу духовного смысла бытия может привести к тому, что найдется хотя бы один неравнодушный человек, который встанет и не позволит совершиться беззакониям внутри воинского коллектива. От действий воинского священника зависит, насколько офицерский состав, младший командный состав будет небезразлично относиться к подобного рода проявлениям. Не может в воинском коллективе произойти что бы то ни было, что через несколько минут не станет достоянием всех. Не может ни один синяк, ни одни побои или травма остаться без внимания командира отделения, который проводит или должен проводить на утреннем осмотре проверку ушибов или ссадин на теле своих подчиненных. Самое главное, что внутри воинского коллектива люди хорошо знают друг друга, знают, кто чем дышит.

Достаточно перехватить неверные тенденции в воспитательном процессе внутри воинского коллектива, поработать с двумя-тремя военнослужащими, которые особо опасны в этом направлении – изменить им статус прохождения службы, отправить на те работы, которые будут подконтрольны офицерскому составу, всегда отмечать и наказывать их силовое давление на других военнослужащих – чтобы предотвратить более серьезные происшествия и преступления внутри воинского коллектива.

Надо сказать, что при всем сегодняшнем желании военнослужащих и руководителей Министерства обороны силы священнослужителей пока недостаточны. На местном уровне – на уровне прихода и воинской части – должны складываться деловые и доверительные отношения. Нужно делать акцент на пастырском окормлении военнослужащих внутри воинских частей и казарменных положений. Необходимо, чтобы в каждой казарме был молитвенный уголок, чтобы был доступ к общению со священнослужителем. Конечно, сейчас этот вопрос переживает период бурного развития. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл принял решение о направлении священнослужителей в воинские части на штатной основе, но остаются и внештатные священнослужители, которые также будут окормлять и помогать офицерскому составу в духовно-нравственном воспитании военнослужащих.

— Подобная инициатива Церкви приветствуется руководством военной части?

— Как правило, приветствуется. В отдельных случаях, крайне редких, может иметь место сдержанное отношение к вопросам взаимодействия. Но, как правило, в любой воинской части находится офицер или офицеры, или представители женской общественности, всегда идущие навстречу пастырскому деланию священнослужителей, благодаря чему по большей части вопрос решается положительно. Более того, командование на сегодняшний день заинтересовано в подобной работе священнослужителя, способствующей искоренению преступлений, связанных с неуставными взаимоотношениями. Главная задача священнослужителя — соединение человека с Богом через таинства Святой Церкви. Необходима молитва келейная, соборная, молитва перед боем. Все это может значительно изменить жизнь внутри воинского коллектива и сам воинский коллектив, который будет православным, христианским, верующим, нравственным, духовным, чистым и духовно сильным для выполнения любых задач, которые стоят перед Вооруженными силами.

— Может ли использоваться метод принуждения в вопросах веры?

— Нет. Церковь учит, что невольник – не богомольник. И принуждение к молитвенному правилу и деланию – не есть путь Русской Православной Церкви. Каждый человек выбирает для себя то, что ему ближе. Священнослужители должны свое внимание уделять предоставлению военнослужащим возможности участвовать в богослужении и молитве. Но если один человек в воинском коллективе станет по-настоящему христианином, то вокруг него спасутся и остальные, по словам святого преподобного Серафима Саровского – «стяжи дух мирен и вокруг тебя спасутся тысячи». Если будет мирный дух, Дух Святой в сердце военнослужащего, он не позволит рядом находящимся людям проявить ни гнева, ни раздражения, ни ненависти, ни обиды – ни каких-либо других серьезных нарушений.

— Могут ли неуставные отношения носить воспитательный характер при отсутствии эффективной работы командира?

— Лучше расформировать воинский коллектив и не заниматься выполнением той или иной задачи, если при этом совершаются преступления. Дело в том, что сами по себе задачи – не есть цель, в том числе и воинского служения. Сами по себе задачи, на фоне которых совершаются бесчинства и преступления, они, как правило, никому не нужны. Если люди видят, что задача перед ними – святая, что они защищают Родину, выполняют воинский долг – в процессе выполнения таких задач они не совершают преступления. Как правило, неуставные отношения возникают там, где нет нормальной боевой работы, учебы и где военнослужащие занимаются не тем, чем нужно. Если мы перестроим жизнь воинских подразделений с несвойственными для них функциями на задачи, которые являются задачами по обороноспособности страны, тогда многие негативные явления уйдут в небытие.

— Как Вы считаете, государство в силах изменить ситуацию в армии?

— Мне бы хотелось сказать, что военное командование сделало значительные шаги в этом направлении, чтобы снизить криминальную обстановку в войсках, в том числе это касается и дедовщины. Снижение сроков службы до одного года приводит в воинских коллективах к осознанию того, что в принципе, все военнослужащие выполняют одну и ту же работу, и как-то переложить эту ответственность на другого, который всего лишь полгода назад был таким же молодым, уже значительно тяжелей.

— Должны ли Церковь и государство, на ваш взгляд, идти бок о бок по пути решения государственных задач?

— Церковь и государство должны быть вместе, особенно в том деле, которое является защитой нашего Богохранимого Отечества. Отечество у нас Богохранимое — это значит, что мы охраняем и защищаем Святую Русь. Цель нашего воина – не просто защита трех березок, но именно защита духовных ценностей, в первую очередь Православных ценностей. Но только через веру человек может понять, насколько ценным является наше жизненное пространство — Русь Святая.

— Почему многие европейские страны, как например, Израиль, Германия, Франция смогли навести порядок в армии, в отличие от нашей страны?

— Когда люди идут к Богу, тогда против них воюют все бесовские силы. Мы воюем против князя мира сего. И России как государству, которое в своей основе имеет духовные корни Православия, особенно тяжело. Вся наша история об этом говорит. Таких искушений, проверок, тяжелейших путей внутри духовной жизни нашего народа никто не испытывал. Вопрос: «Почему?». Потому что мы идем к Богу, поэтому все стараются стащить нас с этого пути, как внутренние враги, так и внешние. Сами по себе отношения в воинских коллективах цивилизованных стран имеют длительные исторические корни сосуществования людей внутри сообществ, коллективов. В армиях Израиля, Великобритании, Франции верхом дедовщины считается ситуация, когда отбирают сухой паек у другого сослуживца. Нам это тяжело понять, но в то же время необходимо осознать, к чему надо стремиться. А в первую очередь нужно искоренить безразличие, чтобы даже отнятие сухого пайка было предметом разбирательства на высшем уровне. А остальные проявления изживать как можно скорее и в самых жестких формах.

— Дедовщина должна быть наказуема? Сегодня этого не происходит.

— Непременно. Наказание за неуставные отношения должно быть безусловным с точки зрения его неотвратимости. Но система, которая сегодня существует, заставляет командование в той или иной степени скрывать то, что происходит внутри армейских коллективов.

— В силу страха получения наказания?

— В силу страха, что командир в любом случае будет наказан и в силу того, что наказание может быть неадекватно случившемуся. Попросту говоря, молодые люди могут, находясь в казарменном помещении, по своей молодости, наивности, игривости предпринимать какие-то действия, за которые они потом глубоко раскаиваются. Но отправлять за малую провинность человека в тюрьму тоже неправильно. Поэтому командиры с отеческой точки зрения смотрят на все эти процессы и стараются какие-то моменты сгладить, а может быть и скрыть.

Во всем этом важно поставить главную задачу по формированию духа добрососедства, любви внутри коллектива. А начинать нужно с офицерского состава – там, где неравнодушный офицер, нет никакой дедовщины. Это люди, наделенные правом ответственности, и в том числе уголовной ответственности за невыполнение ими обязанностей по наведению уставного порядка. С них весь спрос, на них величайшая ответственность, поэтому им, прежде всего, нужно помогать всеми возможными силами, и, в первую очередь, через священнослужителя.

— Проблема «дедовщины» не лишена «черного» пиара? Не получается так, что средства массовой информации используют факты проявления неуставщины в целях дисквалификации армии?

— Очень часто это происходит именно так. Если вы оцените количество драк в любых питейных заведениях, то оно может многократно превышать число аналогичных происшествий внутри Вооруженных сил. Но об этом любители сенсаций не хотят писать. В любом случае, любой факт неуставных отношений в воинских частях не должен иметь место по определению. А всей пишущей братии можно дать совет писать о духовном и нравственном, чтобы через свою работу доносить до сердец молодежи самую главную задачу – сохранить внутри себя человека. Надо понимать, что каждый человек приходит на землю для того, чтобы познать Бога.

Беседовала Анастасия ЯКОВЛЕВА

Если вам понравилась публикация ее можно сохранить в соцзакладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Li.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Live
  • PDF
  • Print
  • RSS
  • Tumblr

Опубликовано ранее