Свобода без совести

На вопросы корреспондента отвечает эксперт в области духовной безопасности, специализирующийся на вопросах противодействия деструктивным сектам, полковник внутренней службы в отставке, кандидат юридических наук, сотрудник Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными органами, протоиерей Андрей ХВЫЛЯ-­ОЛИНТЕР.

Воры, подбирающие отмычки к людям

— Отец Андрей, зачастую обыватели, да и некоторые сотрудники полиции полагают, что сектанты ­ в целом безобидные люди, которые если и вредят кому-то, то только себе, и тратить силы на борьбу с ними не стоит. Другое дело — криминал! Мафия! Что бы вы им ответили?

— Мнение о безвредности сект ошибочно. Это я могу утверждать с учётом многолетнего опыта работы в органах внутренних дел и последующей службы в Церкви. Темой информационной, а также духовной безопасности я начал интересоваться, ещё будучи при погонах, когда занимал должность заместителя начальника Центра криминальной информации в ГИЦ МВД России.

Уверен, что деструктивные культы (секты) более опасны, чем уголовный мир. Во­-первых, религиозная мотивация в целом гораздо сильнее, чем криминальная. За примерами далеко ходить не надо: мы видим, как часто сектанты идут на смерть, убивая себя, а порой и других, ради своих псевдорелигиозных идеалов. В уголовном же мире на первом месте ­- элемент корысти, личной материальной выгоды, за что рисковать не только жизнью, но и свободой многие представители криминалитета не готовы. Сектант-­фанатик куда чаще готов лишить себя жизни, что типично для деструктивных сект, где он становится управляемым «зомби». Уголовник же, идя на преступление, может отступить от задуманного.

Вторая причина — роль сект в «гибридных войнах», осуществляемых западными цивилизациями. Это управление массами, манипулирование людьми, дробление мощных традиционных созидательных течений и установок. Спекулируя понятием «свобода совести», можно нескончаемо расчленять общество, превращая его в разобщённую толпы. В криминальном мире, на первый взгляд, каждый сам за себя, но там есть преступные сообщества: картели, кланы, бандгруппы, где выстраиваются иерархии, связанные между собой клятвами, корпоративными интересами. В деструктивных же сектах всё очень обтекаемо, адепт не ведает, кто реально возглавляет структуру и какие цели стоят перед ней. Часто сектантские организации носят надгосударственный, космополитичный характер, что выявляет их истинные интересы, прикрываемые «патриотичностью». Этим же объясняется то, что сектанты объединяются с антигосударственными силами как леваческого, так и крайне правого толка, что связано с общностью их целей — разрушением государства и традиционной созидательной культуры. Сию замысловатую смычку мы наблюдаем на Украине, где у власти вкупе оказались радикальные националисты, ультралибералы и религиозные сектанты. Другой пример — ИГИЛ­-ДАИШ ­ запрещённая в России организация, где собрался весь цвет праворадикальных фундаменталистов, являющаяся сектантской по отношению к традиционному исламу. Известны и другие, не менее парадоксальные на первый взгляд коалиции, например, славян-­этнонационалистов и фанатичных иудеев! Помните «жидобандеровца» Коломойского в футболке с соответствующей символикой на груди?

Что же объединяет их? Подчеркну ещё раз: общая ненависть к правовому государству и созидательным традиционным религиям! Это говорит о сатанинском, инфернальном происхождении их идеологии, т.е. их идеи подсказаны глобальными деструктивными силами, а поэтому подпитка и поддержка сектантов куда существеннее, чем криминала!

— Выступая на страницах нашей газеты, вы, помнится, говорили, что во многих сектах используются запрещённые методики воздействия на личность…

— Для сектантства характерно использование психотропных препаратов и методик, воздействующих на сознание и подсознание, разрушающих личность человека. Главари сект рассматривают человека как средство достижения своих целей. Поэтому они, как воры, пытаются подобраться к людям с «отмычками», с чёрного хода, действуя обманом и запугиванием.

Есть немало методик манипуляции массовым сознанием, точнее, массовым помрачением, как, например, популярные флешмоб-­акции, когда люди подчиняются поступившей команде собраться в одном месте. И порой делают это, не отдавая себе отчёта в том, зачем им это надо. Ясно, что заранее людей обрабатывают, чтобы у них сформировалась привычка отключаться, терять самоконтроль. Это элемент самоубийства личности! Сектант — своего рода наркоман с зависимым поведением, чьей волей овладели иные люди.

Сходство между наркоманом и сектантом здесь в том, что оба под воздействием наркотика испытывают «эффект радости», но потом неизбежна ломка, а в итоге ­ дурная смерть. И чтобы её избежать, хозяева вводят адептам новую порцию «дури», дабы уничтожить, разрушить личность окончательно, подчинив человека.

Сектанты с открытым забралом

— Влияет ли уровень образования на внушаемость сектантами?

— Далеко не всегда. Среди сектантов есть люди с высшим или несколькими высшими образованиями. Так, например, в запрещённом в России «Правом секторе» ­- вполне сектантской организации — немало студентов вузов или интеллигенции.

— Государство борется с деструктивными сектами. В России запрещено несколько подобных организаций. Тем не менее в сфере духовной безопасности дела обстоят не так хорошо.

— Да, это так. С крушением СССР, коммунистической идеологии в душах наших граждан образовался духовный вакуум. И, зная это, в Россию кинулись тысячи проповедников, в основном из сект. Наивно полагать, что это был спонтанный процесс. Отнюдь. Он был управляемым и направляемым спецслужбами западных стран, торжественно объявленных тогда нашими партнёрами и союзниками. Действовали они открыто, не скрываясь, а наши соответствующие службы были обезоружены и не способны на эффективные меры противодействия. К сожалению, этому содействовали некоторые российские государственные деятели. Единственным социальным институтом, бившим тревогу и пытавшимся бороться с засильем сектантов, была Церковь. Но она сама только получила свободу и была слаба.

Со временем, с начала 2000-­х, ситуация в стране начала меняться в лучшую сторону, но и сектанты изменили тактику, стали действовать тоньше, изощрённее. Например, свои организации они начали регистрировать не как религиозные, а как спортивные, образовательные, семейные, чтобы привлекать в свои ряды больше сторонников, даже не подозревавших, куда они попадали. Поэтому эта опасность отнюдь не уменьшилась, жертв сектантов по­-прежнему много. И страшно, что попадают не просто рядовые граждане, но люди, занимающие значимые должности во властных структурах. Они объединяются, составляют своего рода административный ресурс, влияющий уже на государственную политику. Например, в России так и не удаётся запретить свидетелей Иеговы, хотя деструктивный характер этого учения очевиден. Оно явно противоречит российскому законодательству, в некоторых регионах его запретили, но в масштабах страны пока не получается. Одна из причин — лобби сторонников иеговистов, вкравшихся во власть.

Заглянуть в зеркало души

— Как же должно общество отвечать на эти вызовы?

— Если провести аналогию между заболевшим человеком и обществом, которое тоже больно, то ясно, что надо лечиться. Как уже доказала наука, в организме любого здорового человека всегда присутствуют болезнетворные бактерии, которые нейтрализуются иммунной системой. Есть много клеток, которые являются онкоопасными, но человек не болеет раком, потому что организм успешно борется с ними. Так же и общество обязано поступать с деструктивными культами.

Право выбора человека — священно, и оно остаётся таковым до тех пор, пока он не нарушает свободы другого человека или установленных государством справедливых законов. И здесь большинство сект не соответствует указанным критериям, ибо являются нарушителями как первого, так и второго условий. Отсюда задача общества и власти — отслеживать появление подобных организаций, которые, как я уже говорил, часто мимикрируют под благородные и благотворительные проекты, на самом деле уничтожая само общество, разъедая его, как раковая опухоль, изнутри. И здесь любой компромисс, любые разглагольствования о «свободах» вредны, они только продлят агонию. Подобные вещи, безусловно, должны понимать и сотрудники органов внутренних дел.

— Вы много лет, в том числе и в системе МВД России, занимаетесь вопросами духовной безопасности, являетесь автором ряда книг по сектоведению. Востребован ли ваш опыт в правоохранительных органах сегодня?

— Меня периодически привлекают к проведению различных экспертиз по сектам, например, по известному «делу Грабового». Кроме того, я провожу регулярные занятия в Академии управления МВД России. Меня часто приглашают читать лекции в регионы. Подавляющее число специалистов, экспертов, работающих в соответствующих сферах, с моими наработками знакомы, используют их в своей практике.

В своё время я стремился улучшить методы распознавания криминалистических объектов. На основе этих исследований, в которых много математических расчётов, выкладок, я стал изучать и секты. Например, удалось доказать, что современный, вполне образованный человек, соприкоснувшись с сектой, за считаные часы может потерять самоконтроль и стать зомбированным: полностью отключиться от своего прошлого жизненного опыта!

Поэтому надо не ждать у моря погоды, когда люди под агрессивным и беспрепятственным влиянием деструктивных сект «самоопределятся», а активнее проводить профилактику — духовно просвещать и вооружать людей. Задача экспертов — изучая секты и другие деструктивные псевдорелигиозные сообщества, заблаговременно давать анализ их деятельности на предмет экстремистских действий, террористических угроз. Лучше упредить трагедию, чем потом бороться с её последствиями. Но не всегда надо сразу запрещать, иногда правильнее поставить сектантов в законные рамки и контролировать процесс, создав им тем самым условия, в которых они будут вынуждены или прекратить свою деятельность, или раскрыть свою деструктивную суть.

Не стоит забывать и о зарубежных спонсорах и кураторах подобных организаций, которые не дремлют. Плоды их трудов мы можем наблюдать на Украине, где в обществе произошёл раскол не только по языковому или этническо­-территориальному, но и по религиозному, духовному принципу. Обидно и печально, что эксперты в этой области били во все колокола, но их мнения не были услышаны. Теперь подобная проблема обострилась в России, где есть территории, с точки зрения духовной безопасности весьма небезопасные!

— Так что же делать? Всё пропало?

— Ничего не пропало! Думать так — значит проиграть и потерять всё, чего от нас и хотят наши «партнёры»! Нужно прекратить унывать, паниковать, перестать искать крайних и виноватых, но заняться спасением Родины, начиная с себя, с собственной духовной безопасности, ведь каждый из нас — частичка России! Необходимо заглянуть в зеркало своей души и вспомнить, кто мы есть, чтобы, используя свободу совести, выбрать позитивный, созидательный вектор, направленный к своему Творцу.

Беседовал Роман ИЛЮЩЕНКО,
Щит и меч, 15.06.2016

Если вам понравилась публикация ее можно сохранить в соцзакладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Li.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Live
  • PDF
  • Print
  • RSS
  • Tumblr

Опубликовано ранее