Патриотический испуг или зачем нужно Родину любить

Должен ли гражданин быть патриотом своей страны? Если вы обратитесь с таким вопросом к любому среднестатистическому учителю, государственному деятелю или даже правозащитнику, например, в США, ответ без сомнения будет утвердительным. Возможно, поначалу вас даже не поймут. Заокеанский собеседник может подумать, что вы подшучиваете над ним, подвергаете сомнению его гражданскую позицию или умственные способности, задавая вопрос, который подразумевает прямой, однозначный ответ. В России дело обстоит иначе.

Вещи, которые воспринимаются как нечто само собой разумеющееся в стране победившей демократии, совсем неочевидны для борцов за торжество демократических ценностей на российской земле. Не так давно небольшая группа отечественных правозащитников выступила против того, чтобы в российских школьных программах вновь появился предмет «Военно-патриотическое воспитание». Заявление к «гражданскому обществу», в частности, подписали глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, вдова Андрея Сахарова Елена Боннэр, руководитель Фонда Андрея Сахарова Сергей Ковалев, лидер движения «За права человека» Лев Пономарев, глава организации «Право ребенка» Борис Альтшулер, писатель Борис Стругацкий, сопредседатель партии «Правое дело» Леонид Гозман, ответственный секретарь оппозиционного движения «Солидарность» Михаил Шнейдер и другие.

Текст самого обращения состоит из штампованных формулировок, выработанных в течение последних лет в недрах либерального новояза. На человека, находящегося в парадигме псевдодемократических ценностей, такие штампы обычно оказывают гипнотизирующее действие. Традиционными «пугалками» выступают в данном случае такие понятия как «культ государства», «конфессиональная агитация», «национализм», «милитаризм», «мифологизация истории», «нарушение прав подростков», «государственная идеология», «идеологизация системы образования», «приоритет государственной власти» и др. И, напротив, такие словосочетания как «свобода совести», «гуманистические взгляды», «подлинная религиозность», «деидеологизированность», «светски-гуманистические ценности», «объективное и всестороннее информирование учащихся», употребляемые в контексте жестко очерченной правозащитной идеологии, призваны убедить общественность в соответствии позиции подписавшихся эталону современного развитого социума.

Впрочем, в понимании отдельных правозащитников этот эталон в России и других демократических государствах выглядит по-разному. К примеру, если в Швейцарии большинство населения голосует против строительства минаретов — это демократично. Если в России большая часть граждан выступает за введение в армии военного духовенства, это, с точки зрения доморощенных борцов за права человека, может означать две вещи: либо необъективность соцопроса, либо неразвитость демократического сознания граждан. По меткому замечанию главного военного священника РПЦ протоиерея Димитрия Смирнова, слова которого приводит агентство «Интерфакс», «эти деятели не терпят никаких возражений, ибо для них плюрализм — это полное принятие их доктрины. То, что могут быть иные мнения, взгляды на историю, на то, что требуется нашему народу, это находится за рамками их восприятия».

Возможно, одиозное заявление правозащитников стоило бы вовсе оставить без внимания. В конце концов, любой гражданин или общественная группа в России вправе обладать собственной позицией по тем или иным вопросам. Как заявил уже упоминавшийся выше отец Димитрий, «Я даже не считаю возможным вступать в полемику с этими людьми, чтобы не создавать ложного представления, будто возникает некая общественная дискуссия. Какая может быть общественная дискуссия, когда таких оригиналов у нас от силы наберется несколько десятков на всю страну!»

Можно было бы согласиться с отцом Димитрием, если бы не одно «но»: лица, подписавшие обращение, несмотря на свою малочисленность, обладают неуемной медиаактивностью и стремятся использовать любой повод, чтобы заявить о себе и создать иллюзию общественной дискуссии. Аналогичная ситуация произошла и с пресловутым заявлением против патриотического воспитания. Оно также спровоцировало определенную информационную волну в российском сегменте интернета. В данном случае удивляет не столько причудливый изгиб правозащитной мысли, сколько настойчивое желание группы граждан преподнести свое частное узкокорпоративное мнение под демократическим соусом, более того, выдать его за единственно возможное в современном обществе. Это стремление, приличествующее скорее тоталитарным системам, нежели прогрессивным либеральным деятелям, вызывает естественное желание противопоставить озвученной точке зрения иную позицию, основанную на традиционном отношении человека и гражданина к проблеме воспитания. Позицию, которая не зависит от исторического периода или географического положения, потому что является одним из условий существования любого уважающего себя общества.

Специально для «Вестника военного духовенства» тему патриотического воспитания в связи с опубликованным заявлением прокомментировал ответственный секретарь Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями иерей Димитрий Николаев. «Патриотизм укрепляет государство изнутри. Под воздействием патриотического воспитания гражданин осознает себя мужчиной и готов проявить силу для защиты своей Родины, своей Церкви, своей семьи. Но вместе с тем, гражданин-патриот начинает представлять опасность для тех, кто хочет, чтобы вместо сильной исторической России была выжженная пустыня. Поэтому выступление группы «правозащитников», чьи фамилии широко известны и биографии не являются тайной за семью печатями, я не могу расценивать как созидательное, направленное на возрождение и укрепление исторической России, с ее вековыми особенностями государственного устройства», — заявил в своем комментарии отец Димитрий
«Отсутствие военно-патриотического воспитания в школах за последние 20 лет уже очень сильно сказалось на уровне сегодняшних призывников, приходящих в армию, на их физическом и психологическом развитии, — заметил он. — Где ее еще получать, в каком коллективе? В возрождающемся с трудом ДОСААФе? Если раньше молодой человек до того, как прийти в армию, мог по желанию пройти подготовку в ДОСААФ, то там он получал только определенную техническую специальность, а всю нравственную, интеллектуальную и патриотическую составляющую воспитания он получал в школе, дома и даже в детском саду, играя стойкими оловянными солдатиками. Сегодня отсутствие системной военной подготовки в школах в извращенных формах наверстывается в различных нездоровых компаниях, потому что растущий организм с его физическими особенностями и душевным стремлением к полетам и подвигам невозможно скорректировать росчерком пера».

«И вместо того, чтобы помочь восстановить в стране военно-патриотическое воспитание, люди, объявляющие себя правозащитниками, пытаются доказать нам, что белое — это черное, а черное — это белое. Поэтому возникает естественный вопрос: на кого работают эти люди и что они хотят? Если они работают на интересы какого-то другого государства, которому было бы отрадно видеть Россию любой, но только не сильной, не такой в которой дети, вырастая, становятся настоящими матерями и настоящими мужчинами, то тогда их позиция понятна. А если нет — то возникает еще больше вопросов», — отметил священник.

«Если, по их словам, система образования должна строиться “на основе современных гуманистических и демократических принципов, безусловного уважения прав и достоинства личности, на объективном и всестороннем информировании учащихся о событиях прошлого и о сегодняшнем положении в нашей стране и мире”, как сказано в их заявлении, то давайте не будем обкрадывать детей, утаивая от них Великое прошлое нашей общей Родины и лишая их тех основ, на которых это прошлое создавалось. А основы эти как раз те, против которых больше всего шума возникает: основы православной культуры и основы военно-патриотической воспитания», — заключил иерей.

В России есть выражение — «Иван не помнящий родства». Оно традиционно несет в себе негативный смысл. Так называют человека без исторической памяти. Любовь к родине, ее истории и культуре является неотъемлемой частью любой общественной структуры. И оспаривать эту очевидную константу означает сознательно расшатывать устои, на которых держится государство. Гражданин, которому чуждо чувство патриотизма, никогда не будет воспринимать государство, в котором он живет, как свое. И в случае опасности никогда не встанет на защиту Родины.

Примечательно, что практически все отечественные спортсмены, провалившие Олимпиаду в Ванкувере, учились в постперестроечных школах, свободных от военно-патриотического воспитания. Очень характерно прозвучало признание, сделанное одной из российских спортсменок-аутсайдерш: «я никому ничего не должна». Ее слова очень точно определяют позицию человека с атрофированным чувством патриотизма. Удивляться тут нечему. Если патриотизм — пустой звук, побеждать необязательно. И это относится не только к спорту.

Евгений МУРЗИН

Если вам понравилась публикация ее можно сохранить в соцзакладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Li.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Live
  • PDF
  • Print
  • RSS
  • Tumblr

1 Comment

Click here to post a comment
  • По-моему, раньше этот предмет назывался «начальная военная подготовка» и преподавался в старших классах. В начале 90-х, когда я перешел в 10-й класс, этот предмет уже не преподавался. Вместо него наш военрук организовал что-то вроде военного кружка — мы стреляли в школьном тире, разбирали автоматы — всем ребятам нравилось.

Опубликовано ранее