Главная проблема — нехватка кадров

13 мая в России отмечают День Черноморского флота, приуроченный ко дню его создания в 1783 году. Черноморский флот — одна из первых российских военных баз, находящихся за рубежом, где была введена должность помощника командира по работе с верующими военнослужащими. В мае прошлого года должность помощника занял протоиерей Александр Бондаренко, ставший первым штатным военным священником в новейшей истории России. До этого отец Александр в течение десяти лет по благословению митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря совмещал пастырское служение и службу в Вооруженных Силах в качестве офицера управления штаба Черноморского флота. Об особенностях своего служения отец Александр рассказывает нашему корреспонденту.

— Отец Александр, расскажите, какова специфика служения военного священника на флоте, в частности, на Черноморском флоте.

— Вы правы, служение священника во флоте отличается от деятельности в сухопутных соединениях. Тем, кому выпадет честь окормлять флотские соединения, необходимо знать и понимать морские традиции, особенности взаимоотношений в коллективе, принимать участие в дальних походах кораблей, знать распорядок дня во время стоянки «на якоре» и во время перехода, чтоб координировать свою пастырскую деятельность.

На Черноморском флоте, в частности, есть своя специфика служения военного священника, так как флот дислоцируется на территории трех государств: Россия, Украины и Абхазии. Кроме того, это единственный на сегодня флот, корабли которого постоянно находятся за пределами своих территориальных вод.

— Какое место вы занимаете в системе взаимодействия Черноморского флота и Церкви? Что входит в ваши обязанности?

— В системе взаимодействия Черноморского флота и Церкви моя задача, как помощника командующего флотом, — создать условия для духовно просветительской деятельности епархиального духовенства в соединениях и на кораблях, а также помочь флотскому руководству в реализации права каждого военнослужащего на свободу религиозных взглядов. В этих сухих, на первый взгляд, фразах заключается огромный пласт организационной работы. На Черноморском флоте с этого года введено четыре должности помощников по работе с верующими военнослужащими – три священника и один гражданский. Плюс я, ваш покорный слуга, с 4 мая 2010 года исполняю свои обязанности. Понятно, что четыре священника не в состоянии охватить в своей деятельности даже крупные соединения флота, а тем более, участвовать во всех морских походах кораблей. Поэтому, в системе работы одним из важнейших видов деятельности является взаимодействие с архиереями и благочинными тех епархий, на территории которых дислоцируются вверенные вам соединения. Если правящий архиерей, а также благочинный округа с пониманием относятся к духовному окормлению военнослужащих, то останется только помогать священникам, благословленных Владыкой, в посещении кораблей и воинских частей.

Если кто-то думает, что в мои обязанности входит ежедневная проповедь Евангелия, то он глубоко заблуждается – это не обязанность, а жизненная необходимость, как дышать, пить, есть. «Горе мне, если я не благовествую», — говорит апостол Павел.

Главная же обязанность по отношению к самому себе – не «взлететь» от осознания своего «величия». Когда тебя, простого священника, ставят на высокую должность помощника командира, и ты общаешься с адмиралами и власть имущими наравне, то начинает сильно «заносить», и это самое трудное из всех испытаний.

— Какие сложности вносит в вашу работу факт расположения Черноморского флота на территории Украины?

— Дислокация Черноморского флота на территории Украины вносит свои трудности в нашу работу. В частности, требования, выдвигаемые Министерством обороны к кандидатам для замещения должностей священнослужителей на территории Украины, создали определенные затруднения. Дело в том, что назначать на эти должности можно только граждан России, а в Севастополе практически все священники с украинским гражданством, хотя и имеют уже большой опыт духовной деятельности в воинских частях, и некоторые из них являются офицерами в отставке.

Нельзя прикомандировать епархиального священника на корабль для участия в дальнем морском походе по той же причине.

— Насколько активно осуществляется служение Церкви на флоте?

— Если взять Севастопольское благочиние, на территории которого расположена главная база Черноморского флота, то служение Церкви осуществляется достаточно активно. В этом главная заслуга митрополита Симферопольского и Крымского Лазаря и благочинного Севастопольского округа протоиерея Сергия Халюта. Благодаря их активной позиции за кораблями и частями флота в Севастополе закреплено 15 священников, которые регулярно встречаются с военнослужащими. В соединениях, дислоцирующихся на территории Екатеринодарской епархии, местное духовенство менее активно.

— Каким образом организована деятельность военных священников на Черноморском флоте? Регламентируется ли работа по окормлению военнослужащих заранее подготовленным и обязательным к исполнению планом?

— Сегодня на флоте, к сожалению, я — единственный священник, назначенный на эту должность. Остальные кандидаты проходят согласования в Министерстве обороны. В апреле на должность начальника отделения по работе с верующими военнослужащими был назначен капитан 1 ранга в отставке Михаил Дмитриевич Мамаев (должность гражданская). Это очень грамотный и ответственный специалист, который был командиром подводной лодки, а его последняя должность – заместитель начальника управления боевой подготовки флота.

Как я уже говорил выше, главная задача нашей деятельности – это создание условий для местного духовенства при посещении кораблей и частей флота. Для этого разрабатывается «План работы с верующими военнослужащими Черноморского флота» и на его базе «План взаимодействия Симферопольской и Крымской епархии и Черноморского флота» на год, в которых отражены основные мероприятия на каждый месяц. А так же утверждается список священнослужителей, закрепленных за воинскими частями Правящим архиереем и командующим ЧФ. Так же разрабатывается рекомендуемая тематика бесед. Это основа для деятельности священнослужителей, которые проводят лекции, показы духовно-патриотических фильмов, организуют поездки по святым местам, участвуют в праздничных мероприятиях.

В мои обязанности также входит контроль за тем, чтобы командование частей отпускало верующих военнослужащих на воскресные и праздничные богослужения.

В одном из интервью Вашему интернет-журналу я уже говорил о том, что военному священнику, кроме своей духовной деятельности, придется освоить систему планирования, так как в Вооруженных Силах другим способом проводить мероприятия почти невозможно.

В этом году мы планируем открыть Университет православной культуры для военнослужащих и членов их семей, где будем готовить нештатных сотрудников и кандидатов для военного духовенства, а так же заниматься на базе университета духовно-патриотическим воспитанием детей военнослужащих.

— Каково отношение руководящего состава флота к служению военного священника? Существуют ли на сегодняшний день препятствия к такому роду деятельности?

— В целом отношение к служению военного духовенства руководящего состава флота положительное. Многое зависит от личных взаимоотношений, авторитета священника. Введение штатного духовенства сняло многие препятствия в деле пастырского окормления. На сегодняшний день мне не приходиться сталкиваться с открытым сопротивлением своей деятельности. Однако еще встречаются случаи тихого саботажа. Но это связано скорее не с религиозными взглядами, а с нежеланием некоторых командиров заниматься своим личным составом вообще. Для хорошего командира помощь духовенства всегда желанна, и такие офицеры сами проявляют инициативу и приглашают священнослужителей.

Главное препятствие духовной деятельности – это отсутствие в Уставе Вооруженных сил Российской Федерации, основном законе военнослужащих, положений о деятельности помощников по работе с верующими военнослужащими и в регламенте служебной деятельности военнослужащих – отсутствие времени для реализации духовных потребностей.

— Как вы думаете, что изменит Концепция пастырской опеки в Вооруженных Силах Украины, недавно утвержденная Министерством обороны Украины?

— В Вооруженных Силах Украины давно пришло время к введению института военного духовенства, и по моему мнению, в украинских частях больший процент верующих военнослужащих, чем в российских. Для Украинской Православной Церкви Московского Патриархата появляется больше возможностей для деятельности. Во время правления предыдущего Президента Украины «москальских попов» в воинские части пускать было запрещено. И только на свой страх и риск командиры приглашали наше духовенство.

— Готова ли страна и Церковь к введению института военного духовенства?

— Украинская Православная Церковь Московского Патриархата давно готова к введению военного духовенства, а вот государство, думаю, нет. В Украине действует три юридически зарегистрированных Православных конфессий: Украинская Православная Церковь (каноническая Московского Патриархата), Украинская Православная Церковь Киевского Патриархата, Украинская Автокефальная Православная Церковь, а так же Греко-Католическая и Католическая церкви. Как государство распределит должности между этими, часто враждебными конфессиями, я не понимаю.

— Существует ли проблема с «кадрами» в системе взаимодействия Церкви и флота? Носит ли она финансовый характер?

— Кадровая проблема существует. Есть негласные рекомендации о назначении на должности помощника командира только тех священников, которые достигли сорокалетнего возраста, имеют более пяти лет «выслуги», служили в Вооруженных Силах и, желательно, в звании офицера. В противном случае, документы на кандидата рассматриваются очень долго, многие месяцы. Но священники с такими данными на эти должности скорее не пойдут, так как у них уже есть сформировавшийся приход, а переезд в другой гарнизон с многочисленной семьей без льгот, без предоставления жилья, без храма, на сравнительно небольшую зарплату (десять тысяч + 100% надбавка), не соответствующую заявлениям министра обороны (якобы равную зарплате заместителя командира бригады) не вызывает энтузиазма. Кроме того, священник со следующего года будет получать меньше рядового контрактной службы, зарплата которого составит 35 тысяч. А повышение для гражданских служащих (к которым относится священник) не предусмотрено. Поэтому желающих вступить на должности военных священников не так уж и много.

Кроме вышеизложенных причин, батюшек пугает некоторая неопределенность статуса священника внутри военного ведомства. Управление по работе с верующими военнослужащими подчинили Главному управлению по работе с личным составом, и командиры бригад часто видят в священниках новых замполитов, главной деятельностью которых является борьба с неуставными взаимоотношениями и суицидом. Это все от непонимания природы Церкви и ее роли и методов в духовно-патриотической деятельности. Также, со слов священников, непонятно, какому архиерею он будет духовно подчиняться в случае, если бригада располагается, к примеру, на территории двух и более епархий. Так что вопросов еще очень много.

— Каково ваше видение решения тех проблем, которые существуют в системе взаимодействия Церкви и флота.

— Особых проблем здесь я не вижу, главная из них — это нехватка должностей и кадров. На Черноморский флот необходимо 16 должностей священников только православного исповедания, не считая других религий, а введено только четыре. Но решение этих проблем в кругу ведения Министерства обороны. Я думаю, с Божией помощью, мы преодолеем все препятствия и сможем донести Слово Божие до сердца каждого военнослужащего.

Беседовала Анастасия ЯКОВЛЕВА

Если вам понравилась публикация ее можно сохранить в соцзакладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Li.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Live
  • PDF
  • Print
  • RSS
  • Tumblr

Опубликовано ранее