Дивизионный батюшка

Есть в Пскове храм Александра Невского, который называют воинским. Вся его история связана с армией. Эта красивая, из красного кирпича церковь была построена в 1908 году для воинов Омского полка, который в конце XIX века расквартировался в этом древнерусском городе. После революции храм был закрыт и обезглавлен. Сначала в нем расположился красноармейский клуб, а позже сюда переехал военный медицинский склад.

Здание никогда не ремонтировалось. И только благодаря огромным усилиям протоиерея Олега Тэора храм был поднят из руин, и в 1992 году здесь снова начались богослужения. Военные поначалу не спешили отдавать эту церковь, и батюшка буквально вымолил ее со своими прихожанами. Два года отец Олег служил возле храмовых стен. Когда храм все-таки вернули, Президент России Борис Ельцин прислал в дар новые колокола. И это было беспрецедентным случаем: впервые после 1917 года глава государства подарил церкви колокола. Таким образом были отмечены и заслуги настоятеля храма Александра Невского – протоиерея Олега Тэора.

Уже не одно десятилетие отец Олег окормляет воинов, служащих на псковской земле. Недавно министр обороны России Сергей Шойгу назначил его помощником командира 76-й гвардейской Краснознаменной десантно-штурмовой дивизии ВДВ. Отца Олега Тэора знают далеко за пределами Пскова.

Он окормляет воинов и в других регионах России и за ее пределами. Сам батюшка не раз бывал в «горячих точках» в Чечне, Сербии, с немалым риском добирался туда на военных самолетах и вертолетах, приходилось ездить на танках и БМД.

В августе 2013 года по приглашению Правительства Сирийской Арабской Республики и Союза женщин Сирии отец Олег ездил в Сирию как духовник миротворческой российской делегации. Делегация посетила Антиохийского Патриарха, раненых в госпитале, школы, интернаты. На одной из встреч отец Олег произвел такое сильное впечатление на сирийского генерала, начальника десантной школы, что тот снял со своего кителя планку с орденами, приколол на батюшкину рясу и попросил быть духовником сирийских десантников и молиться о них. И отец Олег, конечно же, молится о них, так же как и о псковских десантниках, для многих из которых он является духовником.

— Отец Олег, в 1990-е годы Вы были одним из первых священников, кто решил окормлять военных. Поначалу было наверняка трудно находить с ними общий язык, налаживать общение?

— Так получилось, что у меня было много знакомых священников, которые ставили вопрос о необходимости пастырского окормления воинов нашей армии. В начале 1990-х в Пскове даже прошла небольшая конференция, на которую из различных уголков России приехали священники, желавшие служить в армии. Помню, приезжал отец Димитрий Смирнов и другие. И мы тогда очень хорошо пообщались с военными. Уже потом, несколько лет спустя, в Москве был создан Синодальный отдел по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями.

Вообще в те годы военные никому особенно не были нужны. Воздушно-десантную дивизию, как она тогда называлась, никто не окормлял – вот я и взялся за это дело. На работу с военными меня благословил наш правящий архиерей митрополит Евсевий.

Когда мне говорят, что военные сплошь атеисты, это неправда, я этому не верю. В середине 1990-х, когда наших десантников начали посылать в Чечню, к нам приходили многие воины. Тогда, я помню, к нам стали ходить и их жены – писали записочки о здравии. Многие из них бывали в храме каждый день. И их мужья и близкие оставались живы. А потом стали приходить и командиры просить помолиться, чтобы их подчинённые возвращались с Кавказа живыми и здоровыми.

Мне приходилось возить гуманитарную помощь в Чеченскую Республику. Тогда военных мало кто защищал, и их проблемами практически вообще не интересовались. Я с прихожанами начал собирать и отсылать в Чечню все, что мог собрать: носки, одежду, писчую бумагу (около тонны — для писем родным), письменные принадлежности, продукты питания. К нашему начинанию присоединялись верующие и из других регионов. Получилось, что наш храм снова стал воинским.

В марте 2000 года отцу Олегу пришлось провожать в последний путь геройски погибших десантников 6-й роты, многие из которых были прихожанами его храма.

— В храм Александра Невского привезли отпевать погибших из спецназа. Знакомые сказали: «Скоро и ваших десантников привезут». Стало понятно, что с ребятами случилось что-то. Позже мы узнали: они вступили в схватку с крупным отрядом чеченских боевиков. Сражались до последнего, почти все погибли. Когда прибыл самолет с телами, мы поехали в аэропорт. В самолёте служили панихиду. В Троицком кафедральном соборе во время отпевания возле алтаря стоял чудотворный мироточивый образ царя-мученика Николая II. Государь тогда еще не был прославлен, но как-то все соединилось. Мы провожали лучших воинов России, наших ребят, а Царь их встречал.

Списки погибших в том страшном бою были вывешены в храме Александра Невского. Родные десантников подходили и искали, нет ли среди погибших их близких. Прихожане храма во главе с отцом Олегом собрали фотографии десантников, открыли музей их памяти. Усилиями прихода создан синодик с фотографиями павших солдат, датами их рождения и гибели. И ежедневно их имена, как и других погибших воинов, поминают за службой. По инициативе отца Олега в храме Александра Невского, на его стенах, установлены памятные доски (по типу досок храма Христа Спасителя в Москве), где золотом вписаны имена погибших воинов. Неподалеку от храма открыт памятник-часовня в их память.

Все эти годы прихожане храма Александра Невского поддерживают связь с родными героев-десантников. Каждый год в день трагической гибели 6-й роты – 1 марта — в Псков съезжаются их близкие и друзья, проходит панихида в храме и на кладбище, потом все родственники собираются на поминальный обед в гарнизоне в Черехе, где служили ребята.

— Отец Олег, какие задачи вы ставите перед собой в связи с назначением дивизионным священником?

— Эти задачи неизменны – возрождать духовность, воспитывать патриотизм и нравственность, удовлетворять нужды верующих военнослужащих. По Конституции нашей страны всем российским гражданам гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания и предоставлено право исповедовать свою религию. Военнослужащие имеют возможность в свободное от службы время посещать храм. Я вижу и уверен, что вера не может разобщать, а наоборот – она всех сплачивает. Вместе с командирами мы составляем общие планы мероприятий, связанных с проведением полевых выходов и учебных сборов, торжественным празднованием воинских дат, принятием присяги вновь прибывшим пополнением, участием воинов в праздниках. Духовенство всегда вместе с воинством — как в радостные, так и в горестные дни.

За последние годы многое изменилось во взаимоотношениях Церкви и армии. Военнослужащие – и офицеры в том числе – исповедуются, причащаются. Среди них есть певчие, церковнослужители, которые участвуют в богослужениях. Многие военнослужащие принимают Таинство Крещения. Воины участвуют в экскурсиях, паломнических поездках, с ними проводятся беседы о православии, об истории нашей страны.

В Выбутах, на родине святой княгини Ольги, недалеко от Пскова, десантники за несколько месяцев построили теплый Никольский храм, затем их отправили в Чечню, они участвовали в боевых действиях, и ни один из них не погиб в Чечне. Вот такое благодатное взаимодействие армии и Церкви.

— Батюшка, сегодня иногда приходится слышать, что священник в армии нужен только тогда, когда идут боевые действия и надо поднять моральный дух солдат?

— Священник должен присутствовать в армии всегда. Важно напоминать людям о трезвении и говорить, что воины должны особо внимательно относиться к своему делу, быть начеку. Еще Александр Суворов говорил: хочешь мира – готовься к войне. Поэтому у государства должна быть сильная, надежная армия. Бойцам всегда нужно это иметь в виду.

И потом, священник нужен в армии и как отец духовный, который иногда может решить такой духовный вопрос, который не под силу даже командиру. Любой солдат может поговорить с полковым священником, обратиться с важной для него просьбой, и часто священник эти просьбы выполняет. Да и в делах житейских батюшка старается помочь. Вот, например, одному нашему семейному солдату надо было решить квартирный вопрос, а младший командир по каким-то причинам не отпускал его в увольнение. С помощью полкового священника эта проблема благополучно разрешилась. Солдат смог оформить все документы и вернулся в часть.

Сам отец Олег Тэор проходил службу на военно-морской базе в Кронштадте. Батюшка вспоминает, что его отправили служить в этот город, чтобы он не смог ходить в церковь. Кронштадт находится на острове, и новобранцу Олегу Тэору так и сказали в военкомате: «Ты оттуда в церковь не пойдешь». Они боялись, что этот юноша поступит учиться в духовную семинарию, поскольку было известно, что он верующий и, будучи школьником, уже прислуживал в алтаре. Поэтому как только Олег днем сдал последний экзамен в школе рабочей молодежи, вечером этого дня он уже садился в автобус и уезжал в Ленинград, чтобы уже оттуда направиться на место своей воинской службы.

— С собой мне дали два прошитых пакета с документами, один сказали отдать в Ленинграде в сборном пункте, а другой – командиру нашей части. Видимо, в одном из пакетов были документы на меня. Тогда я еще не знал, где буду служить. Около пяти часов утра автобус прибыл в Ленинград, в сборном пункте мне сказали прийти попозже. Я сразу пешком пошел в Никольский Морской собор. Он был уже открыт, и одна бабушка, узнав, что я иду в армию, с панихидного столика дала мне маленькую иконку Святой Троицы. Я ее сумел сохранить во время службы, и она еще долго была в нашей семье.

Помню, мы шли по берегу Финского залива, потом отдыхали на траве, подошло судно, мы на нем все отплыли, и плыли как будто мимо Кронштадта. А потом оказалось, что именно в нем нас и высадили. Я знал, что здесь служил св. праведный Иоанн Кронштадтский. Я ходил на место, где когда-то стоял Андреевский собор, куда сотни тысяч наших предков приходили за советом. Собор был снесен с лица земли, и на его месте поставили памятник Ленину. Помню, когда отпускали в увольнение, я приходил на это место и встречал там верующих, которые знали отца Иоанна, ходили в этот собор, указывали место, где похоронена его матушка. Интересно, что в том уголке никогда не цвела сирень. Могилу сровняли с землёй. Они многое рассказывали, иногда приглашали к себе домой.

— А как к верующим солдатам тогда относились командиры, сослуживцы?

— Сослуживцы нас за веру уважали. Среди нас были и католики (ребята из Литвы, поляки), и лютеране, и мусульмане. Много служило грузин, а они же тоже православные. Один парень, правда, доносил начальству, что я молитвы читаю. Конечно, тогда ни о каких полковых священниках не могло быть и речи. В то время считалось, что больше у нас никакой веры не будет, что это отжившее прошлое. Дурманом называли или опиумом. Хотя это неправильное понятие о русской вере. Это на Западе экстазы и прочее существует. А православие – не «опиум», а трезвая вера.

— Батюшка, что Вы сказали бы юноше, сомневающемуся — идти ли ему в армию или «откосить»?

— Я всегда говорю, что нужно идти служить. Без армии молодой человек не сможет понять многих важных вещей. Например, год, проведенный вдали от родных или любимой, научит юношу ценить человеческие отношения, любовь и близость родных людей, а если судьба забросит служить его далеко от малой родины, он научится еще больше ценить и любить свой родной край.

Еще один важный навык, который молодой человек получает в армии, — это умение жить в коллективе. В жизни всякое может случиться: и жить придется на новом месте, и в другом коллективе можно оказаться, — а армия дает хорошие уроки, такому нигде не научишься. И наконец, армия серьезно дисциплинирует человека. Сейчас не все понимают, что есть такое слово «надо». Некоторые боятся дедовщины, и я, конечно, категорически против нее, но ведь чаще всего негативное отношение к тому или иному солдату возникает потому что он долго копается, или ленив, или горд и ведет себя вызывающе. Сомневающемуся молодому человеку я бы сказал, что христиане, святые воины, с первых веков и до наших дней всегда были лучшими и смелыми воинами. Как ни страшны были тяготы военной службы и притеснения язычников, они все переносили стойко.

Помимо того что отец Олег Тэор окормляет воинов Псковского гарнизона, проводит работу с детьми и молодежью, он вместе со своей общиной восстанавливает сразу несколько псковских храмов – это военно-морской храм святителя Климента Римского, колокольня со святыми воротами, храм великомученика и целителя Пантелеимона и ряд других строений в бывшем древнем Пантелеимоновском монастыре, храм Илии Пророка XV века в Выбутах. Община обустраивает здания для благотворительной столовой, музея и библиотеки с уникальным собранием книг и архивом, собирает и издает материалы по истории Церкви и краеведению, проводит Александро-Невские чтения. К батюшке постоянно приезжают паломники не только со всей России, но и из других стран.

Елена АЛЕКСЕЕВА

Если вам понравилась публикация ее можно сохранить в соцзакладки:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • FriendFeed
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок
  • Блог Li.ру
  • Одноклассники
  • Blogger
  • email
  • Live
  • PDF
  • Print
  • RSS
  • Tumblr

Опубликовано ранее